Кадыр Маликов: террористы используются внешними игроками для решения геополитических задач

Терроризм – это религиозное явление или геополитический проект, позволяющий отдельным игрокам достигать своих целей чужими руками? С какими угрозами могут столкнуться страны Центральной Азии в ближайшее время? Что заставляет верующих принимать радикальную идеологию? На эти и другие вопросы в интервью «Регион.kg» ответил известный теолог Кадыр Маликов.

«Регион.kg»: Сейчас много говорится о росте религиозной радикализации среди населения. По вашим оценкам, насколько высок процент верующих, придерживающихся радикальных взглядов?

- Я бы не назвал происходящее радикализацией в чистом виде. Дело в том, что в обществе сейчас идут два процесса. Первый связан с возвращением к религиозным ценностям, когда существующий духовный вакуум заполняется религиозным контентом, т.е. человек приходит к вере. И иногда этот путь к вере сопровождается определенными трудностями и перекосами. Например, нехваткой информации или излишним фанатизмом. И эта ситуация ставит вопрос о необходимости повышения уровня образования и просвещения населения об истинных постулатах и целях религии в целом.

Второй процесс, по сути, является следствием первого. В силу отсутствия глубинных религиозных знаний среди населения, особенно среди верующей молодежи возникает нетерпимое отношение, например, к тем, кто имеет иные взгляды или религиозные убеждения. Этот процесс очень сложный, и он требует непосредственной работы с молодежью и правильного толкования религии.

Я бы хотел подчеркнуть, что сегодня все религиозные деятели Ислама, т.е. имамы, а также православной церкви должны уделять особое внимание работе с молодежью. Прежде всего, нужно выяснить чего ожидает молодежь от религии, чтобы иметь возможность дать молодым людям то, что им нужно, что они хотят получить в своей вере, учитывая, что сейчас скорее экстремистские организации дают молодежи то, что она хочет.

Также необходимо менять инструменты донесения религиозной информации, потому что иногда молодежь ходит в различные секты и организации деструктивного толка из-за того, что там информация им более понятна, тогда как донесение традиционного контента религии происходит на архаичном языке. Традиционно священнослужители говорят правильные вещи об общих ценностях, но у них нет обратной связи с верующими. Словом, необходимо менять стратегию, а где-то и тактику работы с молодежью и больше заниматься просвещением.

Я уверен, что мало кто из верующих разбирается, например, как мусульманину следует относиться к христианам или иудеям. Мало кто знает, что в Исламе иудеи и христиане имеют особый статус – это люди писания. Мусульманам разрешена их еда, можно жениться на верующих христианках и иудейках, молиться в их храмах, не просто потому что эти религии очень близки и являются едиными авраамистическими религиями, имеющими одни и те же постулаты и общие источники, но и потому что Ислам является продолжением библейского пророчества. Вот такие вещи нужно доносить и объяснять верующим мусульманам. И таких нюансов очень много, что дает нам большое поле для деятельности. Мы же в большей степени обращаем внимание на обрядово-ритуальную сторону исполнения религиозных требований, чем, порой и пользуются деструктивные силы.

«Регион.kg»: Мы знаем, что огромное количество кыргызстанцев уехали воевать на стороне террористических организаций, например, в ту же Сирию. По вашему мнению, что толкает людей на такие радикальные решения?

- Трудно точно ответить на этот вопрос. Не исключено, что причиной является социальная несправедливость и вообще несправедливость, вызывающая внутренний протест у каждого человека, а у молодежи особенно. Молодежь вообще более протестна против системы, против тоталитарности и т.д. Этим и пользуются вербовщики, которые, используя незнание и не просвещенность молодых людей, заманивают их в экстремистские организации через риторику о справедливости. Это их главный «крючок», потому что во всех странах на бытовом и всех других уровнях мы всегда сталкиваемся с несправедливостью – в экономике, политике, социальной сфере, где высок уровень коррупции и т.д.

Кроме того, мы также должны понимать, что организации террористического толка используются внешними игроками для решения геополитических целей. Т.е. по сути, это проект отдельных крупных держав, который называется – джихад против джихада. В прокси войнах это создание групп или поддержка террористических групп, которые будут воевать с так называемым исламским сопротивлением, т.е. это война за свои цели чужими руками. Таким образом, наша уехавшая молодежь, по большому счету, является жертвой большого стратегического обмана. Но так или иначе они имеют отношение к террористическим организациям, и опасность заключается в их возможном возвращении, учитывая, что они вероятнее всего стали носителями этой радикальной идеологии.

Целью их возвращения в страны исхода может стать создание в них спящих ячеек, работа по пропаганде и распространению радикальных идей, потому что сегодня есть все условия для того, чтобы пополнять человеческий ресурс – это и безработица, и несправедливость, и прочие реалии нашей жизни.

Сейчас геополитическая ситуация такова, что приход в Сирию позволил России занять доминирующую позицию на Ближнем Востоке. На этом фоне произошло укрепление позиций Ирана и Турции, ставших еще одной осью российского блока. Но противостоящий им блок также сохранился. И даже после физического устранения части боевиков и развала инфраструктуры ИГИЛ не исчез – сохранилась его идеология и сторонники. Сейчас идет переброска боевиков ИГ на территорию Северного Афганистана, что по сути создает плацдарм угрозы для Центральной Азии, учитывая высокую вероятность проникновения деструктивных сил в регион в будущем, о чем косвенно могут свидетельствовать недавние события в Таджикистане.

«Регион.kg»: Сейчас муссируют слухи, что весной в Кыргызстане можно ожидать чуть ли не волну митингов. Есть ли вероятность, что они выгодны радикально настроенным элементам?

- Еще раз подчеркну, что это геополитический проект, реализуемый в рамках стратегии некоторых стран по сдерживанию России и Китая, по уменьшению влияния российской пропаганды, недопущению реализации китайского проекта «Шелковый путь». В этом контексте Центральная Азия – это стратегически важная зона.

Сегодня непростая ситуация и в Кыргызстане, и в Таджикистане, и в Казахстане, где еще не закончился транзит власти. Таким образом в ЦА сейчас три основные страны, где имеют место латентные процессы, и где возможны вспышки очагов напряжения. При этом любой конфликт, любое насилие грозит распространением на всю территорию региона, включая Ферганскую долину, что мгновенно приведет к активизации внутренних ячеек и их быстрому созреванию. Кроме того, на примере всех стран от Ливии до Сирии, где происходили конфликты, можно предположить, что при дестабилизации региона будет происходить инфильтрация, так называемых, «туристов» джихада, которые потянутся в регион из разных стран. И, боюсь, ОДКБ здесь окажется бессильна, потому что это будет, как бы внутренний конфликт...

«Регион.kg»: Не так давно возник вопрос о необходимости возвращения женщин и детей – граждан Кыргызстана из Сирии. Отдельные неправительственные структуры даже заявили о своей готовности осуществить их возвращение. Что вы думаете о данной инициативе?

- У меня сразу вопрос к государству – готово ли оно к их возвращению? Созданы ли условия для их размещения? Разработаны ли программы и есть ли специалисты по реабилитации тех, кого планируют возвращать? Нет, ничего этого у нас нет. А то, что пытаются сделать отдельные неправительственные организации, и на что они получили большие деньги от своих зарубежных спонсоров, это большой риск...