Две тактики пограничного бытия в Центральной Азии

Недавнее сообщение о том, что на стыке трех государств – Киргизии, Узбекистана и Таджикистана прошли совместные узбекско-киргизские пограничные учения, невольно заставило перенестись в события двадцатилетней давности, которые в историю вошли под названием Баткенских. Киргизии, например, они обошлись в три месяца военного напряжения, 51 человеческую жизнь и 70 раненых защитников киргизских рубежей. Другой итог – совместное погружение стран – участников тех событий в затяжной пограничный кризис, причиной которого являлось нежелание сторон извлечь уроки из случившегося.

Разделяй и властвуй

Вторжение в Баткенский регион Киргизии боевиков Исламского движения Узбекистана (ИДУ) (запрещено в РФ) в августе 1999 года происходило на фоне агрессии отрядов Исламской миротворческой бригады под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба на территорию Дагестана, масштабных боевых действий движения «Талибан»* против Объединенного фронта на севере Афганистана. Нельзя исключать, что действия террористических отрядов происходили по единому замыслу и с конкретными масштабными целями. Примечательно, что развернувшиеся в Баткене сражения совпали с началом вывода российских пограничников из Киргизии и передачи ими функций охраны киргизско-китайской границы киргизским пограничным структурам.

Выводы экспертов о причинах появления ИДУ на стыке границ Киргизии, Узбекистана и Таджикистана были самыми различными. Кто-то утверждал, что целью вторжения боевиков являлось установление контроля над международным наркотрафиком на территории этих государств. Другие увидели в действиях террористов намерения реализовать «таджикский сценарий» в Узбекистане, вынудить официальный Ташкент признать ИДУ. Конечная цель, по оценкам политологов, заключалась в создании единого исламского халифата.

Истинные причины баткенских событий вряд ли когда-нибудь станут достоянием общественности, но последующий за ними период продемонстрировал очевидный факт: немногочисленные отряды международных террористов на два десятилетия «заложили мину» в систему пограничных взаимоотношений между тремя сопредельными странами, создав нетухнущий очаг напряженности, вольницу для контрабандистов.

Воскрешенная боевиками древнеримская формула «divideetimpera» – «разделяй и властвуй» – создала прецедент: границы между странами, имевшие до той поры статус административных и не охранявшиеся по всем международным правилам, в одночасье превратились в объект постоянных раздоров и конфликтов, которые к тому же были усугублены непростыми экономическими отношениями между странами.

Боевое единение трех государств, родившееся как следствие вторжения террористов, сменилось открытым государственным противостоянием, периодически обозначавшимся в приграничье стрельбой на поражение. В 2000 году боевики вновь объявились в регионе, очевидно, стремясь для надежности закрепить установленный ими пограничный хаос как данность. Стратегическая задача международного террористического центра создать в районе стыка трех границ рай для всякого отребья была выполнена, заодно и народы удалось поссорить.

В режиме пограничного сотрудничества

Первым негативную тенденцию заметил и отреагировал Узбекистан. Президент страны Шавкат Мирзиёев в декабре 2017 года заявил о начале воплощения в жизнь принципа «Главный приоритет внешней политики Узбекистана – Центральная Азия». С этого момента в регионе началась меняться политическая атмосфера, активно развернулся процесс укрепления сотрудничества в различных сферах, в том числе пограничной.

В этом отношении значительный прогресс наметился во взаимоотношениях Таджикистана и Узбекистана. По данным Госкомитета по землеустройству и геодезии РТ, протяженность таджикско-узбекской границы составляет 1332 км. Из них речная граница составляет 105 километров, сухопутная – 1227 км. К моменту активизации договорного процесса около 20% линии таджикско-узбекской госграницы оставалось неделимитированной.

В марте 2018 года главы двух государств достигли договоренностей о завершении к концу 2019 года работ по разминированию участков совместной границы, а в январе текущего года было заявлено, что Таджикистан и Узбекистан вышли на финишную прямую в урегулировании вопросов пограничного разграничения. Спустя три месяца стороны согласовали график полевых работ по демаркации границы. Эксперты отмечают, что решение спорных вопросов по таджикско-узбекской границе проходит в целом в конструктивной обстановке и без политизации ситуации.

Показательным стало определение судьбы самой спорной части границы в районе Фархадской ГЭС. Достигнутое согласие, по которому территория, занимаемая гидротехническим сооружением, будет признана территорией Таджикистана, а сам объект – собственностью Узбекистана и, соответственно, охрану будет осуществлять таджикская сторона, а техническим обслуживанием займется узбекская, развеяло заявления скептиков, утверждавших, что на решение проблемы уйдет достаточно много времени.

Одновременно с этим Таджикистан и Узбекистан после четвертьвекового экономического противостояния продекларировали стремление в ближайшее пятилетие достигнуть товарооборота в два и более миллиардов долларов.

На новый уровень отношений вышли военные. Начиная с 2018 года таджикские и узбекские военнослужащие приступили к плановым совместным военным учениям. В августе прошлого года сначала пограничники двух стран учились сообща отражать условное вооруженное вторжение на границе, а в сентябре уже армейские подразделения выявляли и ликвидировали условные террористические группировки в горной местности Согдийской области Таджикистана. В 2019 году военные двух стран дважды оттачивали взаимодействие на полигонах Таджикистана и Узбекистана.

Соглашение о таджикско-узбекском военном сотрудничестве впервые было подписано в марте 2018 года. Кроме того, было заключено межправительственное соглашение о сотрудничестве в сфере транзита специальных грузов и военного контингента через территории государств. Укрепление военного сотрудничества – явление знаковое: на общей границе военные не будут целиться друг в друга.

Судя по тому, что Советы безопасности РТ и РУз намереваются приступить к отработке механизмов сотрудничества в области противодействия экстремистской и террористической деятельности, а также в вопросах приграничной безопасности, можно сделать вывод: государства извлекли уроки из баткенских событий и определились с главными угрозами для них.

В зоне «большой игры»

Таджикско-узбекское соглашение является наглядным примером того, что идея разрешения тонких пограничных проблем на основе принципов добрососедства, взаимного уважения и признания интересов сторон жизнеспособна и взаимовыгодна.

Этими же принципами руководствовались Киргизия и Узбекистан при подписании договора о государственной границе, что стало важным шагом в обеспечении региональной безопасности и стабильности. Поэтому приведенные примеры, казалось бы, должны дать толчок разрешению противоречий, возникающих вокруг киргизско-таджикской границы. Тем не менее стихию на этом государственном рубеже, как оказалось, не в силах сдержать даже президенты.

16 сентября нынешнего года на кыргызско-таджикской границе близ села Максат Лейлекского района Баткенской области произошел инцидент с применением автоматического оружия и минометов. В результате инцидента погиб киргизский пограничник, пострадали еще 14 человек, среди них военнослужащие и гражданские лица. Таджикская сторона заявила о троих погибших. Несколько десятков домов было повреждено, один сгорел.

Жогорку Кенеш Киргизии в закрытом режиме принял постановление о конфликте на киргизско-таджикской границе. Накануне его принятия гражданские активисты потребовали закрыть границу с Таджикистаном на 5 лет. Таким образом, по их мнению, автоматически начнут решаться многие приграничные проблемы. Кроме того, было выдвинуто требование привлечь к ответственности всех чиновников, которые допустили пограничный инцидент.

Инициатор идеи, председатель ОО «Элеткойгойу» Марипа Алыйкулова, ссылаясь на рассказы жителей сел Максат и Кулунду, сообщила газете «Вечерний Бишкек»: «Местные жители утверждают, что открытая граница на руку нечистоплотным чиновникам и контрабандистам. Поэтому, убеждены они, если мы хотя бы временно полностью закроем границу вплоть до запрета ввоза товаров из Таджикистана, то многие проблемы отпадут сами собой. Мы по этому поводу советовались с экспертами, и они также поддержали эту идею. С этим мнением согласилась и депутат Жылдыз Мусабекова, которая пообещала поднять этот вопрос на заседании парламента».

Как будет осуществляться процесс закрытия 976 км границы с Таджикистаном, из которых более половины не делимитировано, активисты не раскрыли. Единственный способ – нарастить военное присутствие, а это означает более острые конфликты и новый виток напряженности.

По оценкам экспертного сообщества, ситуация вокруг границ в Киргизии сильно политизирована. Саламат Аламанов, долгое время руководивший в Киргизии переговорными процессами по пограничному разграничению с соседними государствами, отмечает характерную для республики особенность – политизацию ситуации вокруг делимитации границ.

«Мы годами не могли решить проблему Барака (киргизский эксклав на территории Узбекистана. – Ред.), – оценивает обстановку бывший чиновник, – но появятся критики, которые перенесут вопрос в политическую плоскость. Нужно быть готовым к этому. С Каркырой (урочище, бывшее предметом спора между Казахстаном и Кыргызстаном. – Ред.) было то же самое – мы получили взамен вдвое больше территории, которыми пользовались наши граждане. Но скандалы не утихают по сей день и переросли в большую игру».

Военные Таджикистана и Киргизии тем временем продолжают посматривать друг на друга через прицелы своего оружия, совместные учения ими не проводились давно, видимо, потому, что политики большой игры никак не разберутся с реальными угрозами.

…Возвращаясь же к прошедшему неделю назад тактико-специальному  учению пограничников Кыргызстана и Узбекистана, отметим, что в ходе него отрабатывались совместные действия в случае возникновения террористических угроз на государственной границе. За их проведением наблюдали начальник Главного штаба – первый заместитель председателя Государственной пограничной службы КР полковник Абдикарим Алимбаев и заместитель председателя Службы – командующий пограничными войсками Службы государственной безопасности РУз генерал-майор Руслан Мирзаев. Подводя итоги, они дали высокую оценку совместному учению и отметили, что проведение подобных мероприятий повышает возможности пограничных служб по системному реагированию на потенциальные угрозы.